Михаил Михайлович БОБРОВ

Михаил Михайлович Бобров - Почетный гражданин Петербурга, профессор нашего Университета, замечательный человек, с которым мы с вами живем и работаем рядом <…>

Михаил Михайлович Бобров — наш легендарный соотечественник, хранитель петербургского Ангела, Почетный профессор и заведующий кафедрой физического воспитания нашего Университета, патриарх отечественного альпинизма и спорта. В альпинизме есть высший титул, которым награждаются только лучшие из лучших, — снежный барс. Михаил Михайлович его имеет. Он Заслуженный тренер России, Заслуженный работник физической культуры России, мастер спорта, спортивный арбитр всесоюзной и международной категорий, президент Федерации современного пятиборья Санкт-Петербурга, действительный член Российской академии туризма и Русского географического общества. По гороскопу Михаил Михайлович — лев. Родился он 11 августа 1923 года, между прочим, в День физкультурника.

На веку Михаила Михайловича город трижды менял свое имя:

Петербург, Петроград, Ленинград —
Это слово как гром и как град...

У него были спортивные родители. Они учили его терпеть боль, стойко переносить нагрузку. Велосипед, лыжи, коньки, бег по утрам в любую погоду стали неотъемлемой частью его жизни. Михаилу Михайловичу повезло со школой. Учатся у тех, кого любят. Ученики были влюблены в своих учителей, а учителя культивировали не только стремление получать знания, но и желание заниматься спортом и художественной самодеятельностью. Когда ему было четырнадцать лет, он выиграл первенство города по слалому среди мальчиков. Отец купил ему настоящие горные лыжи, и тогда он начал всерьез заниматься горнолыжным спортом. В шестнадцать лет М. М. Бобров впервые попал в горы, стоял на вершине «как хмельной» (почти по Высоцкому), был потрясен и счастлив. Уже тогда он понял, что горы выявляют и проявляют сущность человека:

Парня в горы тяни, рискни,
Не бросай одного его,
Пусть он в связке одной, с тобой,
Там поймешь, кто такой.

Война застала его в парке Челюскинцев, около места, которое сейчас по традиции называют Комендантским аэродромом. Он с ребятами бежал кросс. Тут же решили они уйти на фронт добровольцами. Боброву тогда не было еще и восемнадцати лет. Его зачислили в разведывательный отряд. Пять раз забрасывали в тыл врага. Рядом гибли смелые и сильные бойцы-разведчики. Однажды его отряд был разбит полностью. Михаил Михайлович каким-то чудом остался жив. Ему всегда казалось, что в сложнейших ситуациях его кто-то вел, не давал погибнуть. В него практически в упор стреляли немцы, когда он с боевыми товарищами прорывался через их цепи. Трижды он попадал в снежные лавины, тонул в Керченском проливе, срывался со скал, падал на тренировках и соревнованиях, попадал в, казалось бы, безвыходные ситуации на трюковых съемках, но остался цел и невредим. И из каждой очередной кризисной ситуации выходил еще более крепким и опытным. Кажется, про него написано: «ничто нас в жизни не может вышибить из седла...».

Последняя разведка круто изменила всю его жизнь. Он был контужен, попал в госпиталь, а прямо из госпиталя его забрали в бригаду маскировшиков-верхолазов. Дело в том, что золотые архитектурные доминанты Ленинграда — шпили Петропавловской крепости, Адмиралтейства, Инженерного замка, купол Исаакия, маковки Никольской церкви — служили привязками для фашистских артиллеристов, ориентирами для прицельной стрельбы. Они были нанесены на всех картах и очень хорошо видны и в бинокль, и визуально — для летчиков.

Немцы прицельно стреляли по военным объектам, школам, госпиталям, скоплениям людей, культурным памятникам, которые являются для нас святынями. Маскировка шпилей была необходима для спасения города и жителей.

Началось новое, может быть, самое необычное время в жизни Михаила Михайловича Боброва. Была лютая зима. Столбик термометра иногда опускался до 42 градусов мороза, а высота, на которой надо было работать на ветру, почти 120 метров. А еще постоянные пулеметные обстрелы немецких летчиков, которые хорошо видели, где идут работы. И при этом продовольственный паек — всего 125 граммов хлеба в день. От голода при подъеме наверх дрожали ноги и сердце выскакивало из груди. Ветер обжигал лица, затруднял дыхание. Самолеты ревели над головами альпинистов, бомбы рвались на территории Петропавловки, шпиль которой закрашивал Михаил Михайлович. Один раз взрывной волной его просто оторвало от купола, а затем с силой ударило о металлическое покрытие шпиля.

Сколько бы ни рассказывали о войне, понять эту трагедию до конца разум людей, выросших в мирное время, не может. Бобров был свидетелем тому, как его друг, надежный и испытанный верхолаз, Алоиз Земба влюбился в красивую девочку-официантку в столовой Петропавловской крепости, где они питались. Однажды туда попала бомба. Когда разгребли развалины, нашли только руку этой девушки. Алоиз как младенца прижал эту страшную находку к груди и долго ходил с ней...

Сейчас даже трудно представить, как они, истощенные и измученные, подняли на высоту Адмиралтейской иглы чехол из мешковины весом в полтонны, как закрыли ее, покрасили шпиль Петропавловки и купол Исаакия. Они выполнили долг перед Родиной, ленинградцами, перед самими собой.

Страшный холод и голод косили жителей блокадного города в ту зиму. У Михаила Михайловича 12 февраля 1942 года скончалась мама. Вскоре от истощения умерли друзья-верхолазы Алоиз Земба и Александра Пригожева.

Мертвые живы, пока есть живые, которые помнят о них. Мы должны вечно помнить эти имена — Алоиз Земба, Александра Пригожева, Ольга Фирсова. Из участников той группы верхолазов в живых сегодня остался только Михаил Бобров. Но все они — и живые, и мертвые — навсегда вошли в историю. Более семидесяти лет назад, эти люди совершили невозможное.

Наверное, одной этой страницы биографии М. М. Боброва было бы достаточно, чтобы потом всю жизнь считаться одним из символов нашей Победы. Но его судьба вместила в себя столько, сколько другим хватило бы на многие жизни. Молодой спортсмен-альпинист получил новое задание: на этот раз в составе горно-стрелкового отряда ему предстояло драться на перевалах Кавказа с отборными фашистскими войсками горно-стрелковой дивизии «Эдельвейс».

Война в горах — это особая война. Заоблачный фронт проходил на высоте три— четыре тысячи метров над уровнем моря. Так высоко война не поднималась еще никогда. Драться приходилось в тяжелейших условиях. Разреженный воздух затруднял дыхание, кислородное голодание приводило к горной болезни, не было темных очков, и люди страдали от снежной слепоты. Кровь на большой высоте плохо свертывалась, и любое ранение могло оказаться смертельным. Люди гибли даже от простуды и ангины.

Малейшая оплошность вызывала осыпи, камнепады, снежные лавины. В горных стрелковых отрядах родилась «клятва молчания». Ее давали бойцы, чтобы ни единым звуком не выдать товарищей, даже если сорвешься в пропасть. Фашисты называли наших стрелков «зелеными дьяволами» или «зелеными призраками» за стремительность и неожиданность атак. Но победить можно было только так. И они победили. Михаил Михайлович Бобров находился в составе того самого отряда наших воинов, который вслед за фашистскими егерями поднялся на Эльбрус и сбросил с вершины фашистский флаг.

После войны Михаил Михайлович закончил Краснознаменный военный институт физической культуры, двадцать лет возглавлял кафедру физической культуры и спорта в Военной академии имени А. Ф. Можайского.

Демобилизовавшись, М. М. Бобров стал заведующим кафедрой физического воспитания в Государственном университете. Талант опытного, знающего свой предмет педагога, прекрасного организатора снискал славу Боброву не только в городе, но и за рубежом. Он много работал в Исландии, Канаде, десятках других стран. Создавал спортивные кафедры в университетах, тренировал национальные сборные к Олимпийским играм, готовил пятитысячный корпус волонтеров к Играм доброй воли, воспитал пятьдесят мастеров спорта, несколько заслуженных мастеров, чемпионов и призеров Олимпийских игр, первенств страны и мира. В 1982 году его пригласили работать в качестве главного консультанта и руководителя трюковых съемок киностудии «Ленфильм». Из бывших спортсменов он создал коллектив каскадеров, которые украсили неповторимыми трюками картины многих киностудий страны. С 1994 года Михаил Михайлович Бобров возглавляет кафедру физического воспитания нашего Университета. Он сделал ее настоящим центром гармонического развития личности, главная цель которого — воспитать человека, чтобы у него все было прекрасно — и тело, и душа, и одежда, и мысли.

С Университетом связан еще один героический подвиг Михаила Михайловича: 12 апреля 1999 года, в 75 лет, в составе полярной экспедиции он достиг Северного полюса. Идти по закованной льдом безмолвной стране, где вековое мертвое молчание мог нарушить только человек, было необычайно трудно. Н. Заболоцкий писал:

Туда, туда! В страну туманных бредней,
Где обрывается последней жизни нить!
И сердца стон, и жизни миг последний —
Все, все отдать, но Полюс победить!

Это про Михаила Михайловича. На Северном полюсе был поднят флаг Петербурга. И Михаил Михайлович с профессором Светом Борисовичем Тихвинским, который был в этом же походе, подняли на Северном полюсе флаг нашего Университета. Это, кстати, был первый в истории вузов мира случай, когда университетский флаг был водружен на Северном полюсе.

Путешествие Михаила Михайловича обогатило наше образование, ведь Университет готовит кадры и для индустрии туризма, так что материал, накопленный во время экстремального похода, вошел в вузовские учебные программы.

До апреля 1999 года возрастной рекорд среди тех, кто побывал на Полюсе, принадлежал 73-летнему американцу. Михаил Михайлович удостоился чести оказаться в Книге рекордов Гиннеса как старейший покоритель Северного полюса.

Михаил Михайлович Бобров как истинный петербургский интеллигент ярко живет и честно побеждает.

Поделиться:
Рейтинг@Mail.ru