19 февраля. Ректор СПбГУП Александр Запесоцкий дал интервью в эфире телеканала «ВОТ! (Ваше общественное телевидение») в авторской программе Ирины Таймановой «Искусство жить»

Заслуженный деятель искусств России Ирина Тайманова - автор более двух тысяч программ и фильмов о выдающихся личностях 20 века: Д. Лихачеве, Ю. Темирканове, М. Ростроповиче, В. Гергиеве, Д.Гранине, М. Аникушине, Э.Неизвестном, М.Плисецкой и др. В ее передачах самые известные люди России обсуждают актуальные вопросы жизни, творчества, политики.

А.С.Запесоцкий в программе И.Таймановой «Искусство жить»

Публикуем полный текст беседы Александра Запесоцкого с Ириной Таймановой:

ТЕЛЕКАНАЛ ВОТ
ПРОГРАММА «ИСКУССТВО ЖИТЬ»
14 февраля 2014 года

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Здравствуйте, сегодня в программе «Искусство жить» я хочу представить человека, у которого я многие годы учусь жить, потому что его умение быть достаточно глубоким во всех тех сферах, с которыми он прикасается, и абсолютно легким, остроумным в жизни, чрезвычайно требовательным, а порой мне даже кажется — чрезмерно, и при этом очень внимательным к друзьям, обладать кругом друзей, куда входят выдающиеся люди, и при этом запросто общаться со студентами, не только со студентками, я подчеркиваю и это, иногда интересоваться тем, что о нем говорят и думают, а потом давать новые поводы для разговоров. Этот человек кому-то кажется скандальным, кому-то — со сложным или противоречивым характером, но именно потому, что он интересен. Я приглашаю вас в программе «Искусство жить» вновь встретиться с Александром Сергеевичем Запесоцким. Здравствуйте, Александр Сергеевич.

ЗАПЕСОЦКИЙ А. С. — Здравствуйте.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Я должна сказать: если перечислять все Ваши регалии, это займет половину программы.

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Не будем.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Да. Поэтому подпечатки, они кое-что о Вас расскажут, но сам факт — человек, окончивший ЛИТМО, работавший в лучших научно-исследовательских институтах в качестве физика и при этом занимавшийся молодежной культурой и продолживший заниматься ею вырос в ученого-гуманитария, стоявшего у истоков культурологии как основоположник своего представления об образовании, о молодежи. И я могу считать, что сейчас физика для Вас отошла на второй план и Вы больше не угрожаете боеголовкам американских самолетов?

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Я сделал все, чтобы страна была способна противостоять прилетающим из космоса американским ракетам с ядерными боеголовками.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Поэтому, видимо, и не прилетают.

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Физику я очень любил и люблю. У меня был замечательный учитель в школе, я учился в физико-математическом классе в Курске у знаменитого педагога Семена Золотарского, но, к сожалению, жизнь сложилась иначе и мне не пришлось этим заниматься. Но в жизни масса различных явлений, которые все время меня к этому возвращают. Очень много новых открытий в науке. Правда, это уже не играет роли в том, чем я сейчас занимаюсь, но образ мышления человека, получившего инженерно-физическое образование, конечно, очень помогает в работе.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Я думаю, помогает и тем, кто с работой Александра Сергеевича соприкасается. Мне повезло, я узнала его на самом взлете, на первой «ступеньке» его «лестницы», потому что мама Александра Сергеевича Людмила Георгиевна работала в молодежной редакции «Горизонт», где я тогда, совсем юная, подвизалась в качестве редактора и режиссера. Позже в молодежную редакцию пришел и Александр Сергеевич как ведущий программ, которыми руководила замечательный режиссер Клара Фатова. Я познакомилась с этим энергичным юношей, а потом с интересом наблюдала за его карьерой, иногда помогая кое в чем. Александр Сергеевич, мы с Вами давние друзья, и я многократный оппонент Ваших противников. Скажите, пожалуйста, какие черты Вашего характера провоцируют негативное отношение людей?

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Этот вопрос для меня самого непростой. Вы знаете, на данном этапе жизни, с момента, когда я стал ректором, я смог быть самим собой, смог под очень большое количество людей, которые мне не симпатичны, не подстраиваться. Это очень не нравится, например, некоторым журналистам, которые хотели бы, чтобы их боялись, заискивали перед ними.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Я в курсе, что у Вас были конфликты с журналистским корпусом, но суд решил дело в Вашу пользу. Оказывается, никаких особенных шагов против журналистского корпуса Вы не предпринимали.

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Я люблю журналистов, но только настоящих, а сегодня, к сожалению, есть и другие, и их немало.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Большинство.

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Да. Более того, я и себя считаю журналистом, у меня ведь много публицистических работ. Как Вы только что говорили, я довольно-таки проработал на ленинградском телевидении долго, и не только вел телепрограммы, но и делал там журналистские сюжеты, поэтому болею за журналистику. Я не подстраиваюсь и под чиновников, стараюсь не работать с людьми, которые мне не нравятся, в порядочность которых я не верю. Вот сейчас, когда реформируется система образования, я прямо говорю чиновникам, что я об этом думаю. И это совершенно непривычно, потому как люди моего круга очень часто весьма озабочены самосохранением. А я не боюсь своих оппонентов. Поэтому и возникают сложности.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — А я добавлю. Когда-то я спросила у своей мамы: «Почему люди не любят Золушку? Ведь она добрая, доброжелательная, красивая, трудолюбивая и всем хочет помочь». Мама ответила: «За то, что она красивая, добрая, доброжелательная, трудолюбивая и слишком энергичная. Людей энергичных любят только тогда, когда эта энергия работает на них». Да, действительно, и сегодня особенно, ненавидят успешных людей, потому что не всем это удается, ненавидят работающих на полную катушку и ненавидят тех, кто идет по жизни как бы легко. В какой-то степени и я это чувствую на своем уровне. Кстати, делите ли Вы людей на уровни: вот этот человек высшей пробы, этот так, поменьше, как в ювелирном магазине?

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Как в ювелирном магазине не делю точно. А вообще в жизни, конечно, делю. Для меня очень важно, умен человек или глуп, добрые он дела делает или гадости, каким путем он продвигается по жизни. Я, кстати, убежден, что продвигать себя нужно, весь вопрос только — каким путем. Для меня не важно социальное происхождение или социальное положение. Я могу с глубокой симпатией и уважением относиться к доярке, слесарю и др.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Однажды я увидела, как был потрясен Александр Сергеевич, потеряв замечательного друга-шофера. Я позволю об этом себе говорить публично, так как это было много лет тому назад. Я наблюдала самые сердечные струны этого многим кажущегося жестоким человека.

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Ирина Евгеньевна, ну я не ангел.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Тут я с Вами абсолютно согласна, спора не получится. Даже добавлю, был случай, когда я дважды плакала (от радости) от Александра Сергеевича, когда работала над обсуждаемыми многими телепередачами, где выдающиеся люди встречались со студентами Университета. Назовите еще хоть один университет, куда бы каждую неделю приезжали «первачи», не побоюсь этого слова, науки, культуры, спорта. А Александр Сергеевич общался с ними на равных. Я одно время иронизировала над его званием «Заслуженный артист» и все спрашивала: «Вы не хотели бы сыграть Отелло или Арбенина или кого-нибудь просто задушить?». Задушить, наверное, хотели.

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Это часто бывает, да.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — И я почувствовала себя в роли Дездемоны. А потом ответила сама себе на этот вопрос: больше, чем званию «Заслуженный артист» Александра Сергеевича, завидовали, может быть, званию «Народный артист» Рудольфа Фурмана, только в этом случае спорили так же. Но я наблюдала, с какой легкостью и артистизмом он вел телепрограммы, придумывал и сочинял образы, никогда не боялся показаться забавным на «капустниках», или на вечерах, или на конкурсах «Ум + Красота = Студент». И тогда я сказала: а разве это не перевоплощение? Давайте проанализируем выражение «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты». Первый сюжет, пожалуйста.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Что общего между теми людьми, которые говорили об Александре Сергеевиче, — выдающемся адвокатом Г. М. Резником или теми, кто его знает изнутри? Интересна полярность мнений. И даже один мой очень близкий друг, когда он является Вашим оппонентом, говорит: «Ну выдающийся лидер», простите за слово «лидер».

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Да Вы не стесняйтесь, Ирина Евгеньевна, не стесняйтесь.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Любимый мною Дмитрий Сергеевич Лихачев высоко оценил Университет Александра Сергеевича Запесоцкого, еще на первых порах говоря, что это один из лучших университетов. И Александр Сергеевич ответил на эти надежды Лихачева целым рядом акций, в том числе и во славу, и во знание этого замечательного человека. На протяжении скольки лет Вы уже проводите Лихачевские чтения?

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Лихачевские чтения проходят с 1993 года, когда Дмитрий Сергеевич предложил их проводить. Они начинались как Дни науки, это была его идея, мы в Университете целый ряд его идей внедрили и реализовали. Вместе с ним и под его руководством разрабатывали «Декларацию прав культуры», а после смерти Дмитрия Сергеевича по Указу Президента Владимира Путина эти Чтения получили государственный статус Лихачевских, и с 1991-го мы их проводим как Международные Лихачевские научные чтения.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Я неоднократно была участником Чтений и видела, какие блистательные умы, какие интересные интеллекты сталкиваются в спорах. А у нас звонок. Пожалуйста. Прошу Вас.

— Добрый вечер, я хочу, во-первых, поблагодарить Ирину Евгеньевну за приглашение Александра Сергеевича и задать вопрос Александру Сергеевичу: скажите, пожалуйста, все ли выпускники Вашего Университета трудоустроены после окончания вуза?

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Вы знаете, год назад я бы ответил, что все, потому что в прошлом году ни одного нашего выпускника не обратились на биржу труда, в этом году двое не трудоустроены из выпуска прошлого года. Но вообще статистика такая: мы каждый год выдаем примерно 1300–1400 дипломов, и из этого количества выпускников, максимум 3–4 человека не трудоустраиваются. У остальных не только блестящее трудоустройство, но и очень успешный карьерный рост. Хотя сейчас на работу устроиться, безусловно, непросто. Но мы стараемся следить за карьерой наших выпускников.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — А чьей карьерой Вы гордитесь?

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Очень многих. Буквально на днях мы узнали о том, что наш выпускник был назначен заместителем прокурора Санкт-Петербурга.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Не опасаетесь, что он Вам будем мстить?

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Не думаю, он хорошо учился и дорос до этого звания. А вообще мы как-то взяли выпуск 1996 года и посмотрели через 10 лет, кто кем стал. Из этих ребят 11 стали вице-губернаторами различных субъектов Российской Федерации, среди выпускников первый проректор нашего Университета Лариса Алексеевна Пасешникова, многие работают в прокуратуре Петербурга, ведущими юристами в Ленинградском военном округе, были и чрезвычайно успешные журналисты, было несколько выпускников, добившихся больших успехов в бизнесе, да и просто успешных было много. То есть по каждой специальности нам не стыдно за своих выпускников.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — А я хочу подтвердить, когда мне, как телевизионному режиссеру и журналисту, доводилось по приглашению Александра Сергеевича делать программы об Университете, то я диву давалась, как на кафедре журналистики развивались благодаря стараниям ректора студенты: они все умеют — и в кадре работать, и интервью брать, и монтировать, и сюжеты сочинять. Каждый кулик свое болото хвалит. Мое «болото» — телевидение и театр, сфера искусства. Как же мне было интересно работать с этими молодыми! Интереснее порой, чем с ленивыми профессионалами на профессиональных каналах. Это один аспект. Второй — я смотрю, как танцуют, играют артисты, выпущенные факультетом искусств в Театре Ленинского комсомола, в нынешнем Балтдоме. Интересно. Я получила очень много укоров за то, что согласилась делать программу «Ужин при свечах». Я горжусь девушками, потому что, я отвечу за Александра Сергеевича, он в другой программе (у Полины Тропилло) об этом говорил, я подружилась с большинством девушек. Что же худого в том, что красиво одетые девушки сидели за элегантно накрытым столом, спокойно с достоинством беседовали с выдающимися людьми, чтобы увидеть мир глазами этих людей? Но злопыхатели опять шумели, опять были недовольны. А я горжусь дружбой с Дашей Тарасовой — женой выдающегося шахматиста Гарри Каспарова. И мы дружим с замечательными людьми. Следующий сюжет.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — У нас еще звонок.

— К Вам обращается Анна Александровна, у меня вопрос по поводу ракет. Вы сказали, что к нам ракеты не прилетали. А есть ли такая страна, куда они прилетали, когда страна не находилась в состоянии войны?

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Это была шутка. Я только хотела подчеркнуть, и для вас лично, что Александр Сергеевич в какой-то отрезок своей жизни занимался противоракетными установками. А если говорить серьезно, как Вы думаете, достаточно ли энергично развивается сегодня ракетостроение?

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Да нет, конечно. Область эта развивается очень плохо. Был длительный перерыв, когда в этой сфере государство ученым не заказывало никаких новых разработок. Но сейчас наметился сдвиг — Владимир Владимирович Путин взял курс на укрепление обороноспособности страны. И это понятно, потому что мы бы не хотели, чтобы в один прекрасный день с нами разговаривали так, как с Сирией. Или так, как сегодня Европейский Союз разговаривает с Украиной, когда они пытаются перекраивать Конституцию Украины из Евросоюза, диктовать, каким там должно быть правительство. Поэтому надо, конечно, развивать обороноспособность страны. Я думаю, что в ближайшее время это произойдет.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Против кого Вы выступали в последнее время?

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Ирина Евгеньевна, я действительно непрерывно выступаю. Очень часто против чиновников, которые забывают, что такое государственная служба и слишком много заботятся о себе. Иногда выступаю против студентов, которые транжирят свою юность вместо того, чтобы обретать какой-то запас человеческой прочности, быть полезными стране, делать свою карьеру. Выступаю против противников Университета, которые пытаются как-то помешать нашему развитию, потому что неконкурентоспособны.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Но «собаки лают, а караван идет».

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — А как же.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Бывает, что Вас осуждают за какие-то жестокие поступки. Бывает ли так, что Вы признаете свою неправоту?

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Конечно, если я бываю не прав, то приношу извинения, стараюсь компенсировать ущерб. Но бывают случаи, когда я считаю, что был прав. Например, в середине учебного года мы вынуждены отчислить студента, потому что он ничего не делает, но мы не можем изъять из университетского бюджета его деньги — преподаватели наняты, расходы производятся. Я могу только взять деньги других студентов и ему отдать. И в этом случае, ругайте меня, не ругайте, но я считаю это неправильным и не буду этого делать. Человек должен отвечать за свои поступки.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — А если это экстремальная ситуация?

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — А почему, даже учитывая экстремальную ситуацию, Сидорову надо отдать деньги, которые заплатил за учебу Иванов?

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Потому что ему надо материально помочь.

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Может быть, и надо, но тогда я должен, наверное, оставить работу ректора и пойти работать в благотворительный фонд.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Почему? Вы в своей жизни были и спасателем, иногда, быть может, надо бросить круг.

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Вы знаете, я и бросаю круг, но Университет имеет свои задачи, и я не могу транжирить деньги из университетского бюджета на те нужды, которые не предусмотрены Уставом, сметой и т. п. Я достаточно жестко лимитирован в этом деле.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Ну от жесткого, Александр Сергеевич, я перейду к фразе Райкина. Как-то я спросила: «Почему Вы в жизни такой погасший, печальный, а на сцене искрометный, яркий, энергичный?» Он ответил: «Ирочка, у черепахи спросили: “Почему ты такая жесткая?”, а она ответила: “Потому, что я такая мягкая”». Обратимся к сюжету.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Вернемся к жесткой критике.

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Ирина Евгеньевна, представьте себе, я в 37 лет стал ректором. Это для меня было неожиданно, но вдруг я возглавил вуз. И я месяца три сидел и думал: как же мне здесь работать, что мне на этом посту надо делать? К концу третьего месяца открылась дверь и ко мне вошла женщина, уборщица, с грудным ребенком на руках. И она сказала: «Слушай, ректор, ты чем тут занимаешься? Я три месяца не получаю зарплату. Ты, вообще, о чем думаешь? Я прихожу, убираю. Плати зарплату». И в этот момент я почувствовал, что жизнь, она сама по себе, и я отвечаю за тех людей, которые работают в коллективе (а их 2 тыс. человек), и никто этим людям не делает подарков. Они работают очень добросовестно. Я уже 23 года выполняю перед ними обязательства по зарплате, и я ее ни разу не задержал. Студенты каждое утро должны прийти в вуз, где чисто, светло, тепло. И чтобы это все работало, я не могу позволить себе быть благодушным. Это надо понимать. Кроме того, я считаю, что хорошая работа всегда должна поощряться. Сама обстановка в Университете должна дисциплинировать студентов, моделировать их жизнь в завтрашнем обществе. Люди придут к работодателям, и им там будет не просто. А моя задача — подготовить их к этому.

И. Е. ТАЙМАНОВА:— Хорошая мысль. Пожалуйста, звонок.

— Уважаемый Александр Сергеевич, меня зовут Анатолий Дмитриевич, я хочу Вас спросить: как Вы смотрите на социализм с человеческим лицом? И нельзя ли нам вернуть эту идеологию, но по-человечески нормально?

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Вы попали в болевую точку моих размышлений и переживаний. Я убежден, что в нашей стране произошла очень неприятная метаморфоза в тот момент, когда к власти пришел Гайдар. И с тех пор все пошло по неправильному пути. Практически все страны, индустриально-развитые и постиндустриальные, сейчас развиваются в русле теории конвергенции — когда берут самое лучшее и от капитализма, и от социализма. Китай, который искал выходы из сложившейся ситуации с 1974 года, пошел по этому пути. А мы ринулись в дикий капитализм, и кроме неприятностей и сверхдоходов для недостойных людей, он ничего не дает. Поэтому я убежденный сторонник не капитализма и не социализма, а того, что нужно искать золотую середину, брать, например, от капитализма материальную заинтересованность, стимулирование людей, но тех, кто производит качественную продукцию, делает многое для общества, и тех, кто полезен. Квалифицированный хирург, крупный ученый, учитель, прекрасный врач должны много зарабатывать, а люди, которые плохо работают, — немного. Должна быть социальная поддержка, бесплатное образование, существенный вклад государства в медицину. Это то, что сегодня происходит, например, в Западной Европе, Скандинавии, во многих странах. Поэтому можно называть это и социализмом, и капитализмом, но должно быть общество с человеческим лицом, чиновники обращены к людям, все должны заниматься делом, и должен быть порядок. В этом я убежден.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — В СПбГУП я побывала на замечательном, придуманном Вами действе — Ректорском клубе по воскресеньям, когда собираются яркие люди из разных областей: спортсмены и ученые, артисты и дипломаты, учителя, педагоги этого же Университета и студенты — и занимаются спортом, в превосходном спортивном зале, бегают, играют в волейбол, баскетбол самые именитые люди. И там я познакомилась с Олегом Солодом. Сейчас по моей просьбе написал сценарий об Андрее Миронове (его образы, персонажи говорят об Андрее Миронове), где поставил вопрос: «А что это за сказка “Обыкновенное чудо”? Чего вы так все взъерошились? Ну стал человек медведем, у нас в Государственной Думе 300 медведей сидят — и ничего. Что это так взволновались? Медведь сделал карьеру, но один медведь, правда, устроил зимнюю спячку», — пишет Олег Солод. Люди слегка впали в спячку. А потом Остап Бендер сказал: «А что это вы мне миллиончик пришиваете от Корейко?» Сегодня много людей с миллиончиками. И я смотрю, как Вы воспитали очень интересного сатирика Олега Солода, который в том числе и Вашими стараниями стал очень интересным, мыслящим современным человеком.

— Добрый вечер. Заслуженный учитель России Нина Евгеньевна Чупакова. Александр Сергеевич, согласны ли Вы с оценкой Жириновского событий на Олимпиаде в связи со снятием Плющенко с соревнований? Интересно было бы узнать Вашу точку зрения.

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Я вчера видел интервью Плющенко после того, как он снялся с Олимпиады. По-моему, это человеческая трагедия, потому что каждый спортсмен всю жизнь работает, нацелен на победу. И для него Олимпийские игры — это особенное событие. Я понимаю желание Плющенко выйти на лед, выиграть и уйти победителем. Но то интервью, которое я увидел вчера, мне не понравилось, потому что спортсмен не выразил своего сожаления, что ему не удалось сделать то, что надо было. Он не извинился перед зрителями, которые ждали очередного чуда — выигранной Олимпиады. Он не оказался на высоте в своих комментариях. В частности, он сказал: «Ой, у меня тут что-то заболело, тут что-то случилось!» А мы ведь ждем того, что олимпийские чемпионы — это еще и крупные личности, что за этим стоят не только виртуозные пируэты, но и цельность человеческого характера. Поэтому я бы, пожалуй, с Владимиром Вольфовичем не согласился. Плющенко — симпатичный человек, трудяга, действительно очень талантливый человек.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — И так празднично открыл Олимпиаду.

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Да, он сделал все, что мог. Но я бы на его месте сказал, что мне очень жаль, что так получилось, что я не выступил и те, кто идет следом за мной, тоже не выступили. Вот этого сожаления не прозвучало. А разговоры о том, что у меня здесь заболело, — это не то, чего мы ждали от Плющенко. Поэтому, с одной стороны, я не согласен с Владимиром Вольфовичем, а с другой стороны, я был разочарован оценкой происшедшего спортсменом, которого я лично очень люблю и считаю великим. Я ждал чего-то другого.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Я хочу добавить, что мне пришлось поздно вечером разговаривать с замечательным человеком и артистом, которого Вы глубоко уважаете. Догадайтесь, о ком я говорю.

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Я многих уважаю.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Да, но в данном случае Олег Валерианович Басилашвили был покорен тем, как Плющенко говорил с восторгом о 15-летней фигуристке, что он считает счастьем находиться на льду с этой гениальной девочкой. И тут Плющенко проявил себя как человек, способный радоваться чужому таланту и тому, что он в этой команде.

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Тогда ему надо порадоваться и за Ягудина, с которым он много соревновался и который блистательно выступал, и за тех ребят, которые не попали на финал соревнований, потому что он шел под номером один и ему это доверили, порадоваться их успехам. Но я не услышал сожаления о том, что кто-то от России все-таки должен был выступить, а выступление не состоялось.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Это действительно горько. Хотя я считаю, что сам факт Олимпиады очень цементирует общество, и люди сейчас как-то окрылены тем, что они видят, и вместе радуются и огорчаются. Я давно не видела такого душевного «соприкасания». Вдруг всех заинтересовала Олимпиада. Как сказал Ваш сатирик: «Все в спячке». Давайте выйдем из спячки в праздник и увидим актера, артиста Александра Сергеевича Запесоцкого.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Это очень важная фраза Анатолия Александровича Собчака. Скажите, пожалуйста, как Вам кажется, он был прав, когда хотел на Вас опереться?

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Анатолий Александрович — яркая личность. Человек нестандартный, он, я бы сказал, даже не вошел, а «врезался» в память нашего города. Я вообще считаю, что нехорошо подводить людей когда-либо, поэтому, наверно, Анатолий Александрович был прав.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Наверно, он был прав. Но вот его дочь всячески Вас порицает за то, что в трудную минуту Вы не приняли Анатолия Александровича к себе на работу в Университет.

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Я думаю, что дочь Анатолия Александровича имеет право кого-либо порицать меньше, чем остальные нормальные члены общества, потому что она столько сделала для перечеркивания его памяти. Она прожила часть сегодняшней жизни диссонансом, что мне очень больно за Анатолия Александровича. Он ее очень любил и хотел другого. Что касается работы Анатолия Александровича у нас в Университете, то я его приглашал на работу, и приглашал в самую трудную для него минуту. Он только не успел принести трудовую книжку к нам в Университет, и в это время как раз была попытка его ареста. Когда его попытались арестовать и он оказался в 122-й медсанчасти, я был, наверно, одним из немногих людей, кто ходил туда его проведывать. Потом он улетел во Францию, а когда вернулся, его спросили, где он хочет работать, и он назвал Гуманитарный университет профсоюзов. Но тогда мое приглашение не состоялось, потому что это вызвало возражение у наших учредителей. У Анатолия Александровича в его бытность мэром было много споров с профсоюзами, и тогда учредители, которые, безусловно, имеют право голоса, попросили меня этого не делать. Противоречия не были преодолены за все время его мэрской работы. Поскольку я не являюсь ни владельцем Университета, его хозяином, ни человеком, который единолично решает эти вопросы, я тогда, к сожалению, то, что считал нужным, не сумел сделать.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Ответ засчитывается. По поводу Ксюши Собчак я скажу, что это в принципе образованная молодая женщина, которая, на мой взгляд, сотворила в своей жизни очень много, с моей точки зрения, неправильных поступков, разлагающе действующих на молодое поколение. Я в этом убеждена и сказала ей об этом в глаза два года назад. Не так давно она мне призналась: «Я так долго падала с высокой лестницы намеренно, что теперь мне долго нужно подниматься по ней вверх». Я хочу верить, что она поднимется и уже начала подниматься.

А теперь я хочу обратиться к Александру Сергеевичу в связи с его ректорской жизнью.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Я думаю, что есть с кого брать пример. Хочу выделить фразу Александра Сергеевича: «Я не ангел». Я тоже думаю, что он не ангел. Дважды Александр Сергеевич доводил меня до слез: когда я делала программу любимой мной пианистки Полины Осетинской и вкладывала по вине звукорежиссера ей звук с пластинки с диска, то меня лишили премии. Так же как и за то, что я убирала заикание Андрея Петрова. Он суров, но справедлив. Хотя в этом я справедливости не видела. Но это дает мне право говорить, что я объективно отношусь к Запесоцкому. Я могу на него сердиться, но не могу не видеть очевидного движения вперед и моего гостя, и Университета, который он возглавляет. Я обиду Вам высказала публично. Еще вопрос: «Есть ли у вас люди первого, второго и третьего сорта?» Некоторых фотографий людей, которые отошли в тень, я не вижу на стендах, но хотела бы видеть.

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Ирина Евгеньевна, мы в вузе не снимаем фотографии. Может быть, что-то переместилось куда-то, но мы не снимаем.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — Видимо, далеко переместилось. Теперь серьезный вопрос. Цитирую Пушкина: «Быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей». Вы думаете и о том, чтобы модными были Ваши студенты, и о том, чтобы современно выглядел Университет, Вы часто ходите в театры и на концерты. Недавно я была на двух спектаклях по произведению Пушкина «Евгений Онегин»: в Мариинском театре шел прекрасный новый спектакль Алексея Степанюка и в Михайловском театре спектакль модного режиссера Андрия Жолдака, где Онегин втыкает ножики в пол, когда поет: «Я пью волшебный яд желанья», стреляет в воздушные шарики. Весь спектакль мне показался надутым воздушным шариком. Как Вы относитесь к современному театру в таком выражении?

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Ирина Евгеньевна, я не люблю неоправданные эксперименты, особенно случаи, когда режиссеры пытаются привлечь внимание трюкачеством. В театре есть эпохи, личности, которые имеют на это право, такие как Мейерхольд, например, или Юрий Любимов, но для этого надо быть Мейерхольдом и Любимовым. А когда у тебя нет потенциала и ты компенсируешь отсутствие таланта тем, что по сцене бегают голые, или измываешься над классикой — это безобразие. На классике нельзя спекулировать, это очень важно. Ты можешь ее прочесть, но для этого ты должен душу вложить в классику.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — У Вас есть последнее яркое впечатление о посещении театра?

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Буквально на днях я был на «Бале вампиров» в Театре музкомедии. Я узнал, что спектакль на некоторое время, возможно, будет снят с показа, и посетил премьеру. Я захотел еще раз сходить на этот спектакль, потому что это здорово сделано и совершенно не случайно спектакль нашел путь к сердцу нашего зрителя и популярности. До этого я был на балете «Реквием» Бориса Эйфмана.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — На Родене.

А. С. ЗАПЕСОЦКИЙ: — Я с большим удовольствием хожу на премьеры тетра Льва Додина, но очень жаль, что такие личности все-таки более редки, чем это было 20 лет назад, когда в нашем городе работал и Товстоногов, и много других выдающихся замечательных людей. Я имею в виду советский период, последние годы советского времени. Но все-таки мы надеемся на то, что это как-то выправится.

И. Е. ТАЙМАНОВА: — К сожалению, наша программа подходит к концу. Вопрос личности лично для меня очень важен. И сегодня в кадре была личность. Я хочу, чтобы вы объективно и с интересом относились к этой личности. Александр Сергеевич блестяще катается на горных и водных лыжах, прекрасно водит разные виды транспорта. Я хотела бы, чтобы вы увидели последний кадр, где он 1 сентября перед студентами опускается с небес на землю. Покажите, пожалуйста, последний кадр смонтированного материала.

Дата публикации новости:
Автор:
пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ@Mail.ru